Логотип газеты Крестьянский Двор

Второй Сверху 2

«Правительство должно создать такие преференции, чтобы производители семян побежали за льготами впереди собственного визга»

  

 Посевная кампания уже не за горами, и тут выясняется, семян для посадки в некоторых регионах  не хватает. Может, и не стоит по этому поводу нагнетать страсти? Глядишь, потом, осенью, мы узнаем, что российские аграрии опять поставили рекорд в производстве и что всё у них в шоколаде. Но семена и импортозависимость от них — случай, согласитесь, особый. 

Назло рекордам

Если перефразировать известную киноцитату, то можно сказать, что российское село — отрасль контрастов. С одной стороны, мы больше всех в мире экспортируем зерновых: самообеспеченность россиян зерном достигает 167%. Причем семенной материал тут на 100% российский, мы ни от кого не зависим.

А с другой стороны, некоторые наши сельхозрекорды базируются исключительно на поставках импортных семян. Например, подсолнечного масла мы производим 195% от внутренних потребностей, излишки со спокойной совестью продаем за границу. Однако собственных семян подсолнечника у настолько 25%, остальное — импорт. Не будет посадочного материала — не будет и рекордов.

Самообеспеченность по сахару в стране доведена до 106%. Но импортные семена сахарной свеклы составляют почти 97%.

Это не бананы или цитрусовые, которые мы покупаем к празднику и без которых, в принципе, можно прожить. Это продукты каждого дня, и цены на них напрямую зависят от импорта семенного материала. Между тем, заграничные поставки — само по себе дорогое удовольствие. А тут еще из-за экономических санкций сложная логистика, которая, мягко говоря, никак не удешевляет стоимость товара. Словом, бесспорная истина: нужны российские семена, конкурирующие с иностранными.

На сегодняшний день обеспеченность собственными семенами российского овощеводства составляет 63%. Но это средняя температура по больнице. Даже по картофелю, который в магазинах сегодня стоит 17 рублей килограмм, неясно, сколько семян отечественной селекции. Одни растениеводы говорят, что их всего 9%, другие — что 30...

Такой разброс цифр, предположительно, объясняется тем, что в отечественном арсенале имеется немало незапатентованных сортов иностранной селекции. Их выращивают из пробирки, и можно считать такие клубни тоже российскими. Вот вместе с ними и набираются те самые 30%. Хотя и этого все равно мало. По Доктрине продовольственной безопасности, принятой в 2020 году, доля отечественного посадочного материала в семеноводстве должна составить к 2030 году 75% — считается, что при таком заделе нам не страшны никакие санкции и срывы импортных поставок.

Чтобы добиться таких результатов, в России разработана госпрограмма, по отдельным культурам действуют подпрограммы. Что ж, они работают, импорт тесним, к 2030 году намеченные цели, скорее всего, будут достигнуты. Только по картофелю и сахарной свекле (по самым уязвимым местам) в госпрограмме сделаны исключения: к 2030 году собственное производство семян должно составить не 75%, как по основным овощным культурам, а 50%.

Согласитесь, что в этих условиях ограничивать ввоз в страну импортных семян (Россельхознадзор то и дело находит в них какие-то болезни) кажется преждевременным. Своих- то не хватает, а если они и есть, то в малых объемах и не самого высокого качества — понимай, урожайности.

Здесь есть и другая крайность. В борьбе с «иностранщиной» можно пойти по проторенной дорожке, административными мерами: введением квот на импорт и выделением субсидий тем, кто покупает отечественные семена. Но есть опасность: при таком раскладе не будет конкуренции. Зачем нашим семеноводам улучшать характеристики посадочного материала, если и так все купят? 

Своё семеноводство оказалось в загоне 

— Еще сравнительно недавно у нас была импортозависимость в семенах практически по всем культурам, кроме пшеницы, — рассказывает кандидат экономических наук, ведущий программы «Сельский час» Игорь АБАКУМОВ. — Буквально за последние три года мы значительно продвинулись вперед. Существуют вопросы по картофелю для крупных производителей, то есть для агрохолдингов. В том числе для чипсов, нарезки фри и беби-клубней — маленьких картофелин, которые запекают в ресторанах, они становятся все больше востребованы.

Своих семян картофеля для промышленного производства у нас всего 30%, а 70% — импортные поставки. Нужно признать, что отечественные семена по основным характеристикам часто уступают заграничным, наши селекционеры не дотягивают до мирового уровня.

Но посадочный материал «для народа» есть. Для садоводов, личных подсобных хозяйств, фермеров. А крупные производства привыкли к импортным.

—  Здесь не совсем понятно – кто больше производит «второго хлеба»: частники или агрохолдинги?

— Две эти категории производителей являются антагонистами. Агрохолдинги считают, что главные они, а по данным Росстата получается обратная картина. Частники и личные подсобные хозяйства (ЛПХ) выращивают почти 60% клубней.

Правду мы не узнаем никогда. В России нет специализированной сельхозстатистики. В США такая статистика собирается более 150 лет, в Европе – с 1946 года. Система работает в режиме онлайн, передает сведения прямо с поля. 

— А у нас?

— Крестьянин или владелец бизнеса на палец поплевал, определил силу ветра и направление и принял решение — сколько ему посадить нынешней весной картошки: 50 гектаров или 70. Научной основы нет, твердой аналитики тоже, потому и разброс в урожаях: то густо, то пусто.

— А если взять другие семена? Вы говорите, что произошел прорыв...

— Собственными семенами сои мы обеспечены на 100%, и вряд ли ошибусь, если скажу, что наши — лучшие в мире. По зерновым также на 100%. По кукурузе только на 40%, хотя считаю, что способны покрыть и 100% внутренних потребностей.

Семеноводческие институты и компании начинают раскручиваться. И требования Минсельхоза об ограничении — подчеркиваю: не о запрещении, об этом никто не говорит! — импортных поставок совершенно разумное. Посадочный материал в основном должен быть свой. И пропаганда семян отечественной селекции должна быть.

— Но почему мы так плотно подсели на импортные семена?

— Зарубежные фирмы еще с 90-х годов прошлого века сразу предлагали нам коробочную технологию. Что это такое? Западные производители спрашивают: хотите с одного гектара получать доход, допустим, в тысячу долларов и больше? Мы отвечаем: хотим. Тогда нужно купить их семена, но в придачу к ним обязательно их удобрения, их гербициды и пестициды, а также их сельхозтехнику для обработки плантаций. Цифры про доход с гектара я называю условные. Однако те семена действительно гарантировали и урожай, и качество продукции. В результате наши крупные производители запали на иностранные поставки. Так у нас появились в комплекте к семенам и американские трактора, и итальянские сеялки, и немецкие плуги — все, что входит в технологию возделывания.

Собственное семеноводство оказалось в загоне. Ведь одно время младореформаторы считали, что российское село — это черная дыра, «деньги в песок», что дешевле покупать окорочка из Америки, а макароны из Италии.

— Удастся ли нам уйти от этой зависимости?

— «Догнать и перегнать», как призывали в хрущевские времена, получится не скоро.

Ученые выводят новые сорта, они заносятся в реестр селекционных достижений, пишутся статьи в научный журнал. А дальше что? Нет товарных партий. Новые сорта есть только в пробирке, но когда они дойдут до поля?

Мировые технологии ушли далеко вперед. Взять импортное семечко сахарной свеклы. Оно находится в капсуле, в которой уже есть и удобрения, и подкормка, и средства защиты растений. В придачу — сельхозтехника для обработки посевов.

— Вы сказали, что по кукурузе можем полностью закрыть потребности в семенах. Почему же тогда это не делается, что мешает?

— Есть объективные причины. В законе «О семеноводстве», который был принят очень быстро, без консультаций с аграриями, даже нет такого понятия, как семеноводческая зона. То есть от поля, где выращиваются семена какой-то сельхозкультуры, на расстоянии 5 километров не должно быть никаких посевов похожей культуры. Чтобы не было переопыления сельхозкультур: по ветру пыльца летит примерно на 5 километров.

— И как это тормозит развитие отечественного семеноводства?

— На самом деле проблема серьезная. Земля сегодня частная, и собственник вправе сажать на ней все, что захочет. Пыльца с семенного поля может попасть на обычное, где растет, допустим, кормовая кукуруза, и наоборот.

Семеноводством в России, по сути дела, могут заниматься только крупные хозяйства, которые в своем севообороте способны обеспечить безопасные условия для выращивания посадочного материала. «Мелкота», частники, сразу отваливается от этой конкурентной борьбы. Хотя на Западе, где тоже есть законодательство по переопылению, они успешно соперничают с крупными компаниями. Скоро на этой почве возможны крупные конфликты. Потому что никто не знает, кто должен определять зону семеноводства по природно-климатическим условиям: Минсельхоз, Россельхознадзор, а может, Государственная дума?

— Некоторые эксперты опасаются, что как только уйдем от импорта, отечественные семеноводы начнут задирать цены. Это реально?

— Более чем. С тех пор как Минсельхоз начал ориентироваться на импортозамещение, отечественные семеноводы начали повышать цены на свою продукцию. Это тревожный сигнал. Нередко наши семена дороже импортных, за последние три года они подорожали до 40%. Это в среднем, по разным сельхозкультурам.

Семеноводческие НИИ и компании аграрное ведомство взяло под свою крышу, они поднимают цены, пользуясь этим. Это неправильно. Цены, конечно, должны расти, иначе рынок остановится. Но не такими темпами. Для своих семеноводов министерство должно иметь «короткий поводок» и вовремя одернуть за такое рвение.

— Какие меры поддержки от государства нужны отечественным семеноводам и селекционерам?

— Если есть государственная необходимость, а она есть, правительство должно создать такие преференции, чтобы производители семян побежали за льготами впереди собственного визга.

Для селекционеров самое важное — упростить регистрацию сортов и гибридов. Это длинная и сложная история, в России она идет еще с 30-х годов прошлого века, когда не было агрономов и государство в административном порядке указывало, где и что сеять. Сегодня затраты на бюрократические процедуры превосходят производственные затраты. Получение анализа на ГМО, получение гарантийного сертификата на каждую партию семян... все это выливается в неподъемные суммы, в мире уже давно такого нет.

И за каждый посеянный гектар семян надо выплачивать селекционерам роялти, то есть премиальные. Для инвестирования в новые исследования.

Что касается семеноводов, то, по мнению многих специалистов, необходимо отменить им налоги на землю и на имущество. Нужна отдельная программа мелиорации для этой отрасли. Кредит под 1% годовых, как сделали в Фонде развития промышленности Минпромторга. Между прочим, Турция за 20 лет вышла на экспорт семян благодаря налоговым льготам. Чем мы хуже? 

Источник: «Московский комсомолец»

28.02.2024  2586

Понравилась статья? Поделись:

Комментарии ()

    Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять комментарии.

    нижний2