Логотип газеты Крестьянский Двор

Нужно смотреть не под ноги, а вперед

Сергея Николаевича Голубева, генерального директора ООО «Пугачевская ДорПМК», ООО «Пугачевский каменный карьер», ООО «Любицкое»

Три часа из жизни Сергея Николаевича Голубева, генерального директора ООО «Пугачевская ДорПМК», ООО «Пугачевский каменный карьер», ООО «Любицкое», талантливого предпринимателя и вообще классного мужика.

 Главным достижением своей жизни он считает пятерых внуков, которым разрешает называть себя «дедулей». В его рабочем кабинете есть много чего занятного, но портрет улыбчивых пацанов в возрасте от трех до 13 лет – Ивана, Артема, Кирилла, Александра, Тимофея – в обычной рамке под стеклом стоит на самом видном месте. Чувствуется, греет больше всего.

Сергей Николаевич Голубев был категорически против нашей встречи и уж тем более против каких-либо очерков про себя, но мольбы все-таки возымели действие, и он согласился встретиться. Корысть моя настолько понятна и предсказуема, что в нее никто не верит: руководствуясь принципом «в любой ночи должны быть маяки», хочу писать про людей, которые пережили много чего, пока создавали свой бизнес, но при этом не перестали быть людьми.

Голубев как раз из их числа – к 65 годам выполнил все, для чего рождается человек: построил дом, и не один; посадил дерево, и не одно; воспитал сына Сергея и дочь Ирину – «экипаж», как он выражается; руководит не одним, а тремя предприятиями. Деловой, рациональный, трезвомыслящий, но при этом не циник, не позер, заботливый и любящий муж, душа компании, весельчак и балагур. Но среди своих. А еще рыбак, охотник и поклонник надежных иностранных внедорожников, которыми предпочитает управлять сам.

 

 Лучше всего учишься, когда жизнь загоняет в угол

 Девять часов десять минут местного времени. Опаздываем, потому что после второго железнодорожного переезда свернули направо, а надо было налево. Потом спуститься вниз, проехать по дну большого котлована с обрывистыми стенами, выехать на противоположной стороне каньона и остановиться у неожиданно уютного двухэтажного здания конторы. Где все три организации собраны под одну крышу.

Поплутав по промышленной зоне Пугачева, начитавшись вывесок, вернулись назад и выбрали нужное направление. Второй этаж, традиционный «предбанник», дверь направо.

…Это было так обидно: приехать за 250 километров к герою, а он подает справку из девяти пунктов. Вся его биография, все 65 лет, уместилась на половинке листка бумаги формата А4. Нет только информации, когда родился, женился и где служил.

– Я не собираюсь вам ничего рассказывать, вот мы вам тут уже все написали, – заявляет Сергей Николаевич, а сам смеется.

Читаю три последние строчки: «26.06.2000. Принят на должность директора ЗАО "Пугачевская ДорПМК"; 17.06.2004. По совместительству назначен генеральным директором ООО "Любицкое"; 06.03.2006. По совместительству назначен директором ООО "Пугачевский каменный карьер"». Ну хоть за это спасибо, в датах не ошибусь.

Мой первый вопрос, чтобы скрыть растерянность:

– Если человек руководит сразу тремя предприятиями, значит, он в людях хорошо разбирается. Вас, наверное, никогда не обманывают?

– Еще как кидают, до безобразия. Просто я иду напролом.

– Вы кем себя ощущаете: дорожником, строителем, аграрием? Или вы талантливый менеджер? А может, вы толковый руководитель?

– Я – Человек. Поэтому ничем не гнушаемся: и мелиорацию начинаем внедрять, и склады строим, и благоустройством занимаемся, и церковь поставили четыре года назад.

– Я – плохой руководитель, поскольку предпочитаю все делать сама. А вы как относитесь к тому, чтобы закатать рукава и на объекте поработать физически?

– Когда я пришел работать в «ДорПМК», смотрю: мастер лопатой раствор раскладывает. А вокруг него десять рабочих стоят и наблюдают. Отчитал его: ты должен подсказать, но сам не работать. Когда руководитель берется за молоток – это несерьезно.

Слово «сам» уместно в детстве или когда ты женился. К примеру, я баню поставил сам, отмостки делал сам… Я и каменщиком могу работать, и штукатуром, и на башенном кране, и на тракторе. И болт завернуть не проблема. Но когда ты руководитель, ты должен вовремя поставить на площадку раствор, чтобы подчиненный смог заработать. Потому что мы сдельщики, у нас большую роль играют расценки. А если рабочий будет вынужден простаивать, он ничего не заработает. Ну и грош тебе цена.

 ***

Он рос обычным «совецким» мальчишкой в обычной семье, мать была поваром, а отец – прапорщиком в вертолетном полку. Сергей учился в пугачевской школе № 2. Был озорником и троечником. Трудовая биография фактически началась в Саратове на СЭПО, жена училась на медика, а он работал, потом вернулись в Пугачев. Пока был в силе Герой Социалистического Труда Иван Петрович Кузнецов, работал в его главке. Предприятие называлось «Пугачевзаводстрой», возводило жилые пятиэтажки в Северо-западном и Первом микрорайонах. Был мастером ПМК-9, прорабом, главным инженером.

В девяностые годы главк развалился, трест лопнул, наступила эпоха безвременья. Его как специалиста с высшим образованием (к тому времени Голубев заочно заканчивает СИМСХ) бывший первый секретарь райкома партии Владимир Петрович Зубов рекомендует на должность директора ЗАО «Пугачевская ДорПМК». Место было, откровенно говоря, незавидное, поскольку требовалось содержать и строить дороги. А как ты их построишь, если заказы перехватывали, в основном, братья …яны? Это ж целая каста. Не так много времени прошло, всего двадцать лет, чтобы мы с вами забыли громкие уголовные дела, связанные с коррупцией. Дорог в области, можно сказать, и не было, а судебные процессы шли один за другим.

Провинциальный дорожник с птичьей фамилией Голубев, пока кто-то наверху делил федеральные средства по субподрядным организациям, тихой сапой прибрал к рукам обанкротившийся каменный карьер. «Пугачевская ДорПМК» стала второй после новобурасской Тепловки дорожной организацией в области, имеющей своё собственное сырье.

Генеральный директор не знает, сколько лет той породе, которая добывается в его карьере. Как профессионал понимает, что качество зависит от пласта. Если повезет, то удастся заготовить неплохую доломитку, используемую при производстве асфальта. В ивантеевском карьере порода посильней, но и гораздо дороже, поэтому «ДорПМК» всеми способами старается и репутацию не уронить, и экономику не подорвать. Предприятие выпускает гиперпрессованный кирпич, получаемый из доломитки с добавлением щебня при высоком давлении, а также плитку для собственных нужд.

– Ну, тогда вы прирожденный экономист?

– Ничего не люблю считать. Как идет, так и идет. Как по накатанной все катится, так и катится.

– Да, но только почему-то получается неплохо?

– Потому что работаем. Почему при СССР развалились колхозы? Все председатели пили безбожно.

– Вы так думаете?

– Это стопроцентно. В свое время в колхозах комбайны, дай бог, если отрабатывали один сезон, потом их списывали в утиль. А мы их покупаем, бережем и чиним. И никто ничего не растаскивает, потому что камеры ставим. А в те годы руководители ПМК сильно увлекались спиртными напитками. Дело только в этом.

– Ни в коммунистах, ни в советской власти, ни в плановой экономике? – переспрашиваю я.

– Наоборот, считаю, что плановая экономика должна быть. Иначе будет как сейчас, когда не представляю, что делать в «ДорПМК», – дадут мне дорогу или не дадут. Хорошо, Вячеслав Володин протолкнул идею с трехлетним планом, и человек понимает, что будет делать завтра. А раньше ведь мы понятия не имели, поступят деньги или не поступят. Их в Саратовской области раньше ведь никогда не было.

 А в колхозе я сам себе бюджет верстаю. Получил хороший урожай, значит, у меня деньги есть. А не получил – значит, я не доработал.

 В Пугачевском районе не знаю ни одного руководителя, который бы пил, просто не знаю. Все очень серьезно относятся к своему делу, за каждый гектар земли боремся. Потому что этот клочок земли даст определенную прибыль. Заметьте, зарплаты в сельской местности выше, чем в городе. У нас средняя зарплата по всем предприятиям составляет 33 тысячи рублей. А вы посмотрите, сколько получают в отделе образования или в отделе культуры. У нашего комбайнера во время уборки зарплата за 100 тысяч рублей, у тракториста – под 70.

Замечу от себя. А какой зарплата могла быть, если бы не зерновой демпфер? По моим самым скромным прикидкам, только ООО «Любицкое» Пугачевского района потеряло от заградительной пошлины порядка 50 миллионов рублей. А вернется всей Саратовской области только 410 миллионов. И когда? И каким образом?

 Сергея Николаевича Голубева, генерального директора ООО «Пугачевская ДорПМК», ООО «Пугачевский каменный карьер», ООО «Любицкое»

Ставить целью деньги бессмысленно

 Без десяти десять утра. Направляемся в сторону центра города. Сергей Николаевич за рулем. Несколько минут назад мне (Голубев называет меня «репортершей») представлялась редкая возможность остановиться и посмотреть, как взрывают породу. Работа на пугачевском каменном карьере ни на день не замирает, и даже зимой идет заготовка сырья для будущего дорожного полотна. Но нам некогда, нас ждут в Клинцовке, а это 64 километра в сторону границы с Перелюбским районом.

Голубев еще лет десять назад на всех совещаниях просил: «Дайте людям работу. Чтобы строить дома, у нас все есть: доломитка, которая лучше кварцевого песка, силикатный кирпич. Или начните "лепить"дороги: заработают бетонные заводы, автотранспорт, "ДорПМК", будут платить налоги. А мы почему-то слушали Грефа, вступали в ВТО. Сейчас к тому же и пришли. Как только фермеры встали на ноги, они тут же занялись благоустройством. Построили одну дорогу, вторую, третью, тротуары. Мне раньше за Пугачев было стыдно, а сейчас я радуюсь. Еще бы пробудить совесть у населения, чтобы не сорили около частных домов».

Несмотря на то, что в Пугачеве бываю по 2-3 раза за год, этот современный город я, действительно, не узнаю. Наш «Лендровер» начинает выписывать зигзаги между домами, Сергей Николаевич комментирует:

По правую руку спортивный городок возле школы № 1 имени Героя Советского Союза Т.Г. Мазура. Вот, смотрите, какими стали центральные улицы города, где в прошлом году проложили асфальт, осталось доделать бордюры и… катись, радуйся!

А вот наша центральная площадь, которую делают по теплому камню, обратите внимание на фонари. Газонную траву посеяли с помощью специальной «пушки», обыватели думали, что так землю красят, а сейчас такая буйная зелень.

Гляньте  на территорию у здания полиции, бордюрный камень кладем плиточка к плиточке. Это наша организация выиграли тендер, стараемся.

Теперь выезжаем на транзитную дорогу, которую в прошлом году передали областникам. Они обновили слой износа, и мы можем спокойно по ней двигаться.

Вячеслава Володина надо благодарить только за то, что передал главные дороги области в федеральный бюджет. Деньги, которые раньше направляли на их обслуживание, они же никуда не делись, они в бюджете так и остались. И их просто перенаправили на местные нужды.

А вот ремонтируется мост через Большой Иргиз, все лето московская организация «пропела», а в период уборки...

Телефонный звонок перебивает Сергея Николаевича. Менеджер из краснодарского предприятия сельхозмашиностроения интересуется, изучил ли Голубев высланный по интернету прайс-лист на чизельные плуги.

– Извините, некогда, завтра посмотрю. Перезвоните позже.

Мы выезжаем на трассу, соединяющую Пугачев с Перелюбом:

– Километров двадцать «полечили». Это все – дела Володина. Это его национальный проект: «Безопасные качественные дороги», его программа «Благоустройство дворовых территорий». Это давно надо было делать, тогда и народ станет добрее.

 А народ злой. Сейчас есть много способов заработать, в том же сельском хозяйстве. Ты можешь запросто устроиться водителем или трактористом, а уж если ты комбайнер, так 200-300 тысяч рублей за два месяца можешь запросто получить. Но нет. Нам проще иметь копейки и ругать власть. Это самое простое. Я таких людей трутнями называю.

– Что человек должен сделать, чтобы вы его уволили с работы?

– Он может пить и не ходить на работу, но мы все равно терпим. Мы слово «увольнение» давным-давно забыли. Работать-то некому. Но если гробит технику, то, конечно, выпроваживаем. Я ненавижу пьяниц. У меня никто не пил в роду, и дети такие же. Но это не значит, что я не люблю погулять. Но только в хорошей компании и только после работы. Наше поколение научили, что в понедельник надо будет выходить на работу, и мы в воскресный день уже старались воздерживаться. Боялись нарушить трудовую дисциплину. А сейчас молодой человек всю ночь прогулял, утром проспал, не вышел на работу и считает это в порядке вещей. Жизнь немножко изменилась.

– А вы курили когда-нибудь?

– Служил в Германии, и мне мои друзья написали, что девушка не дождалась. Вот тут я закурил. А бросил, когда родился сын. Сорок лет уже не балуюсь. Представляете, тогда 10 рублей вычитали из зарплаты за бездетность, и 15 рублей в месяц уходило на сигареты. А на заводе СЭПО было что-то вроде кассы взаимопомощи, куда можно было направлять часть зарплаты с пользой. И когда нам с женой понадобилось, мы купили кровать, стол, холодильник и жили, в общем-то, неплохо.

– А как вы в сельское хозяйство «врюхались», увязли как лошадь в топи?

– Когда я возглавил «ДорПМК», тут же организовал подсобное хозяйство, развел свиней, завез овец, пробурил скважину. И на одном из совещаний при главе района с радостью отчитался, как о народе забочусь. Буквально на следующий день пришли из налоговой и накрыли за незаконное использование недр на сорок тысяч рублей. С тех пор я стараюсь ничего не афишировать. Но тот опыт пригодился.

В начале двухтысячных были большие проблемы с деньгами, спасались в основном взаимозачетами и ДНО, и бывший заместитель председателя областного комитета по дорожно-транспортному строительству Виктор Стародубцев не уставал повторять: «Вы просто обязаны что-то придумать, помимо дорог. Иначе вы не сможете сохранить коллективы».

Тогда земли было море, она была «ничейной», относилась к местным руководителям. Ну и мы решили рискнуть, взять на пробу 300 гектаров земли в направлении поселка Чапаевский. Сейчас мимо проезжать будем. Заасфальтировали склад в Новой Порубежке у Михаила Константиновича Золотова, он нам дал семена ячменя, и мы в первый раз посеяли. Получили, вы не поверите, по 15 ц/га, после реализации урожая мне удалось закрыть половину годового фонда зарплаты «ДорПМК». На следующий год посеяли гречиху на тех же площадях, намолотили где-то 500 тонн, полученных денег хватило закрыть уже годовой фонд оплаты труда. Вот так я немного «приподнялся».

 А потом начали рушиться колхозы, начали раздавать землю налево и направо, и знакомые просто посоветовали обратить внимание на ООО «Любицкое». Жаловались, что там все разваливается, все растаскивается, от ферм осталось одно здание. Подумав, собрал в Любицком собрание, предложил коллективу свои услуги спонсора, а прибыль делить на две организации. Когда посмотрел: деньги уходят, а результата нет. Пришлось пойти на ручное управление производством. Стали ездить в хозяйство, руководить всеми процессами и постепенно «вырулили».

Когда начинали, в хозяйстве было всего два трактора на ходу: «Кировец» и «Алтаец». Из «ДорПМК» пригнали трактора, зацепили плуги и стали пахать. Из 90 гектаров, которые в ту пору обрабатывались, в настоящий момент возделываются 15 тыс. га, из них 4 тыс. га – паи, арендованные на 49 лет.

 – А кто же вас учил премудростям земледелия?

– Учился у соседей, у того же Юрия Ивановича Долгополова (генерального директора ООО «Золотой колос Поволжья». – Прим. ред.). Он мне говорил: «Четыре тысячи гектаров озимых тебе хватит, чтобы выжить, а остальное – на развитие, гасить долги». Так мы по его сценарию и работаем: 4-4,5 тысячи гектаров озимого клина, остальное – просо, подсолнечник. И всё стало получаться. Но прежде пришлось изрядно помучаться, и процесс этот был долгим.

Кормить три организации тяжело. Но сейчас и «ДорПМК» сама себя обрабатывает, потому что деньги пошли, людям начали платить. И карьер сам себя обрабатывает, поскольку благоустройство стало модным, склады строим, технику обновляем. Только в прошлом году техники приобрели на 100 млн руб.

– Расскажите мне еще про ваши отношения с Долгополовым, никто не откажет ему в своеобразности и таланте.

– Считаю, если бы он в свое время остался в должности главы района, он бы многое сделал для района и людей. Другое дело, что ему не дали, испугались: вдруг не туда полезет. Говорят, он пришел на заседание депутатов, сел в президиум и как начал с глав муниципальных образований спрашивать, почему крыша на Доме культуры раскрыта, почему то-то и то-то. – А ты к фермеру ходил? – Да он все равно денег не даст. – А ты у него просил?

 Понимаете, глава муниципального образования должен быть политиком и дипломатом ради пользы дела. А его гордыня никому не нужна. Я ведь не боялся обращаться за помощью даже к прокурору. А что? Человеку приятно, когда к нему обращаются, и он всегда пойдет тебе навстречу.

Кроме того главой района должен быть авторитетный человек, который бы чувствовал за собой силу. Нужно, чтобы он не боялся общаться с народом и знал, с каким ключом к каждому подойти. Я не против муниципальной власти, нового главы, районного совета, но в районе должна быть, как мне кажется, еще одна авторитетная структура типа совета директоров. И того же Долгополова можно избрать, потому что он практик, разумный человек и к тому же неравнодушный. А это главное.

Приведу один пример. Вы знаете, сколько сейчас стоит форма для футбола. Если для команды, минимум 70-80 тысяч рублей. А видов спорта очень много. Чтобы поехать на соревнования, все же обращаются к колхозникам, потому что промышленности в городе практически не осталось.

В прошлом году я купил для парка детскую карусель за миллион триста тысяч рублей. Предлагал, давайте построим фирменную волейбольную площадку, она стоит всего 5 миллионов. Просил прежнего главу района: выдерни мне аграриев в город, собери. А я уже с ними побеседую. Урожай в прошлом году был хорошим, можно было реализовать проект. Тем более что мы уже и щебенку завезли. Нужно было поставить стойки, сетку и приобрести самое дорогое – фирменное покрытие. Но глава не сработал, видимо, постеснялся лезть руководителям в глаза, потому что потом его тоже попросят помочь. Сейчас пришел новый глава, нужно ждать, когда он со всеми познакомится и загорится идеей.

Или вот еще одна проблема. Ни для кого не секрет, что практически во всех больницах страны возникают перебои с кислородом, а отсутствие жизненно необходимого ресурса – верная смерть пациента. Что делать? Поставить одну большую восьмикубовую емкость, наполнить ее кислородом, чтобы врачи Пугачевской районной больницы лишний раз не переживали, ну и пациенты не лишались шанса выжить. Все-таки это наши соотечественники, земляки. Да и не закончится завтра пандемия. А у врачей откуда деньги?

Меценатство должно быть! Тот же Рашидов из Духовницкого района подарил «скорую помощь», Роза Акчурина из Озинок тоже не пожалела три миллиона. А если б несколько человек это сделали?

А Юрий Иванович лучше всех подходит для руководителя нашего объединения, он знает всех и каждого, ему не трудно объехать все поля, он чувствует, кто чем дышит. Да, у него характер своеобразный, но он запросто может отдать хоть два миллиона и не вспомнить.

Как-то приезжаю к нему, прошу поделиться семенами, нужно 200 тонн – из-за засухи у меня ничего не выросло. Он говорит: ладно, завтра присылай машину. Грубо говоря, я ему почти четыре года должен почти два миллиона. Приезжаю к нему, предлагаю заасфальтировать что-нибудь. Один ответ: «Успеешь».

– Может, он себя так ведет, потому что вы тоже «великий»?

– Ну какой я великий? Я только-только сорняки с полей начал потихоньку выводить. Я пока учусь у него. А он специалист экстра-класса.

– А у вас кто агроном?

– У меня в хозяйстве есть исполнительный директор, и он же агроном. Я ведь постоянно не могу в селе находиться.

Сергей Николаевич притормаживает и обращает мое внимание на трактор, который почти слился с горизонтом:

– Как вы думаете, что он там делает? Это мы боремся с оврагом. Деревья все выкорчевали и вывезли, почву сравняли, теперь вместо двух полей получилось одно. Каждый клочок стараемся окультурить, пустить в дело.

– Но вы, как и Юрий Долгополов, пашете?

– Да, в наших краях иначе нельзя. Другое дело, что, начиная со следующего года, будем применять глубокорыхление на полях, где растет подсолнечник. Чтобы срыть почвенную подошву, как можно больше влаги накопить. Но даже в эту засуху на озимых мы получили 28 ц/га.

– Проблема кадров, конечно, очень больная, но не менее важная тема преемственности. Многие успешные, весьма рентабельные проекты закрываются только из-за того, что дети не хотят возвращаться в деревню, не любят и не понимают дела отца. У вас, я читала, сын военный.

– Он заканчивал СВВАУЛ, Сызранское вертолетное училище, служил и в Вязьме, и в Джанкое, и в Ростове, был в горячих точках, но уже года три как у меня работает. В этом году все процессы в хозяйстве проходят под его руководством.

– Вы его не сломали, когда заставили «приземлиться» на родине?

– Нет, и я такой же. Меня оставляли в Германии служить сверхсрочником, но я отказался и вернулся в Пугачев. Почему-то нас сыном тянет именно в эти места. Ну а если уж больно хочешь в Москву, садись в самолет, недели вполне хватит, чтобы обойти театры и музеи. У нас здесь нет суеты, удивительный воздух и простор. А в Москве я задыхаюсь. Даже в Саратов сейчас невозможно ездить.

– А кто вас сделал по жизни смелым, ведь вы очень часто принимаете рисковые, неординарные решения?

– А кто вам сказал, что я смелый? Просто надо смотреть не под ноги, а вперед. Любой руководитель должен обеспечить своих людей работой. Ну и достойными условиями труда.

До конца месяца, если погода не испортится, закончим полевой сезон, будет все не только убрано, но и вспахано. Потом, если погода будет хорошей, начнем готовиться к следующему полевому сезону.

– Дорожники тоже передышку получат?

– У нас каникул не бывает. А снег кто будет чистить? Дорожники и карьер работают круглый год. Зимой мы вообще не спим. Вы знаете, что такое МСЧ? Это когда две девушки сидят на телефонах и в любое время суток звонят мне, спрашивая: «А вы знаете, что на таком-то километре произошел сход автотранспорта?». Иногда я им в сердцах, особенно когда посреди ночи будят, отвечаю: «Вот берите свою машину и

вытаскивайте с обочины». Но у них же ничего, кроме телефонов, нет. Тогда приходится посылать дежурку чуть ли не за сто километров до Жестянки или до Бобрового Гая, чтобы она помогла бедолаге.

 

Заимка

Без пятнадцати минут одиннадцать. Мы как-то незаметно преодолели 60 с лишним километров и оказались в месте под названием «Заимка» на берегу красивого пруда. Этот мой визит сюда не туризма ради, а лишний повод погордиться пугачевскими традициями. К сожалению, только в этом районе регулярно и очень интересно – с кубками, дипломами и ценными подарками – проводят конкурс профессионального

мастерства механизаторов по вспашке зяби. Двенадцатый по счету прошел 10 сентября именно здесь, под этими навесами, в «яранге», сложенной из камней, в охотничьем домике. На втором этаже собраны чучела всех животных, которые разрешено отстреливать в окрестностях, а вид из окон просто завораживающий. Для любителей охоты и рыбалки место волшебное. А уж для таких неформальных конкурсов – душевней не найти.

В этом году в соревновании принимали участие 26 человек из 18 хозяйств. Первое место занял

механизатор из СХА «Урожай», второе – СХА «Калинино», третье – ООО «Агрофирма «Рубеж». А в прошлом году победил Николай Григорьевич Кащ из «Любицкого».

Отвечая на мой вопрос, почему в этом сезоне его мужики подкачали, Сергей Николаевич отшутился:

– Тогда бы пришлось по второму разу проводить конкурс у себя. Есть такое правило: кто победил, тот и организатор следующего праздника. А так уже известно – «Урожай».

Шутка шуткой, но на самом деле с кадрами в ООО «Любицкое», как в подавляющем большинстве хозяйств, большие проблемы, каждый мужчина ценится на вес золота. Да и женщина тоже. Недаром так трепетно, просто с замиранием сердца Сергей Николаевич говорит о своей молочно-товарной ферме. Ему не столько нужно это молоко, хотя надаивают по 2 тонны в сутки и отправляют на завод «Пугачевские молочные продукты», сколько люди. Тысяча голов крупного рогатого скота позволяет сохранить рабочие

места дояркам, телятницам и скотникам, коренным жителям села. Хотя бы так удержать шаткое демографическое равновесие.

– Я боюсь вообще потерять Любицкое как населенный пункт, потому что на ферме, плохо или хорошо, заняты 27 человек. Извести – самое простое, хотя, признаться, одно время было желание. Но, с другой стороны, за полевой сезон мы съедаем до сорока бычков. Покупать прикажете? Но дело, повторяю, не в мясе, а в населении.

Мы всеми силами пытаемся сохранить социальную сферу, ремонтируем детский сад и школу. Из кожи лезем, чтобы местная школа вообще существовала. Не могли найти для директора жилье, отдали свою квартиру.

– А что вы сказали себе, когда увидели впервые Любицкое?

– Я уже не помню, но ночи были бессонными, это точно. За всё ведь переживаешь. Постоянно кредитуемся, постоянно берем технику в лизинг, это же все надо отдавать. И сейчас переживаешь, будет ли урожай в 2022 году. Но организм и должен иметь постоянный стресс, а если все будет плавно ехать, так это не интересно. И неправильно!

Мы возвращаемся назад, тщательно закрыв на ключ все помещения охотничьей заимки, куда он приезжает с друзьями и один. Сине-лиловым цветом окрашены дорожки от альпийских астр, посаженных руками его жены. Шумят на ветру молодые березки. Хозяин разрешает мне сходить к пруду, где прячутся утки с выводками и лодка приткнулась к мосткам. Кажется, я понимаю, почему никакая столица не нужна моему герою.

Сейчас в этом пруду водятся килограммовые карпы, в прошлом году запустили толстолобика, но зимой не углядели, и рыба задохнулась. Просто потому что не нашлось ответственного человека, который бы вовремя пробурил лунки.

Сергею Николаевичу Голубеву с его потрясающим жизнелюбием и желанием обустраивать мир катастрофически не хватает людей, которые бы проявляли хоть в чем-то заинтересованность, у которых бы, как говорится, глаза горели. И тогда можно было бы заняться той же рыбой, ведь местная речка тоже у него находится в аренде. Мой спутник с восхищением рассказывает про пугачевского энтузиаста, который на поток поставил отправку раков в крупные города России. Почёт этому человеку и «уважуха», потому что он один, безо всякой поддержки, раскрутил свой бизнес, не слушая скептиков.

Кажется, если бы у моего героя было не 24 часа в сутки, а хотя бы 25, он бы нашел еще одно дело по душе.

Мимо нас проезжает «Мазай», так Голубев уважительно называет «МАЗ», загруженный подсолнечником. Мы его вежливо пропускаем, поскольку в наши сегодняшние планы не входит общение с рабочими хозяйства, поездка к уборочным комплексам. Мы просто говорим «за жизнь» друг с другом.

– Вы, наверное, к банковским кредитам относитесь как к неизбежности?

– Молодые все-таки оперативней разбираются в этом деле. Пришел, например, ко мне мой сын и предложил: «Пап, давай возьмем кредит, со всеми расплатимся, а семечку пока продавать не будем». Умное решение? Умное! Потому что мы сейчас взяли кредит, расплатились со всеми. А семечка, которая стоила тридцать рублей, теперь уже стоит сорок. А после Нового года цена наверняка поднимется. И мы покроем все проценты, да еще сэкономим. В прошлом году цена до семидесяти рублей доходила, и все, у кого были деньги на текущие расходы, сохранили урожай, а потом заработали. Перекупы ведь как поступают? В нужное время купил и в нужное время продал. И к этому все нормально относятся.

А если б были все элеваторы государственными, мы бы заложили свой урожай в них, и пусть он лежит, и не строили бы каждый у себя склады, не думали о заградительных пошлинах. А сейчас мы только и делаем, что нервы тратим.

 

От любимого дела, даже когда устаешь, невозможно оторваться

На часы уже не смотрим, потому что въехали на базу. Да, Сергей Николаевич, не тот человек, который будет откладывать мечты в долгий ящик. Нет, к сожалению, такого фотоаппарата, да и кинокамера не поможет, чтобы запечатлеть процесс созидания. Большая стройка. ООО «Любицкое» на подъеме.

– Ну, это мы еще не сказали последнего слова. Вот она, воронежская сушилочка, которая стоит 30 миллионов рублей, мы ее ввели в этом году, вот два склада, арочный и такой. Завершается строительство цеха по производству жидких удобрений КАС. Часть территории уже огородили плитами, начали облагораживать, там будет заборчик, тут – асфальтик. И как у Рашидова курить запретим. Камеры везде светят, штраф –3 тысячи рублей. Но все равно находятся хулиганы.

Пока сюда ехали, я нечаянно подслушала разговор Голубева с руководителем бригады, которая устанавливала эту сушилку. Тот просил денег, а Сергей Николаевич, стараясь при мне сильно не ругаться, с улыбочкой отчитывал его как нашкодившего пацана. Ласково говорил про «задвижечку», которая плохо работает, и про сорванные сроки. Резюме: пока дефект не будет устранен, денег тому не видать. Бригада накануне приехала на объект, видимо, старается исправить впечатление, но заказчик неумолим: вначале дело, потом оплата.

В хозяйстве одиннадцать комбайнов, из тракторов выделяются новые Бюллер и Массей Ферюсон, на площадке видим опрыскиватель «Туман-3» и какую-то железяку типа ротационной бороны, которую хозяин называет «мотыгой». Ею в ООО «Любицкое» пропалывают и рыхлят озимку.

А потом мой гид зачем-то зазывает меня заглянуть в весовую. Я всеми силами упираюсь: в моей жизни она уже по счету тысячная, если не больше, но Сергей Николаевич неумолим. Оказывается, именно здесь проходят планерки, пока центральная контора ремонтируется, поэтому помещение капитально построенное, просторное, теплое, уютное. Рабочее место весовщика ничуть не хуже, чем у главного редактора областной газеты, разве что у меня нет видеонаблюдения. Хотя видеонаблюдением уже никого из сельхозников не удивить.

Судя по валовке, а это свыше 12 тысяч тонн, ООО «Любицкое» занимает в этом году третье место в районе после «Агрофирмы «Рубеж» и «Золотого колоса Поволжья». Но у «Любицкого» и земли поменьше. Рассуждаем «по-босяцки», как говорит мой собеседник, в чем кроется причина такого успеха.

– Как такового агронома у нас нет. Все делается «методом тыка», не обращая внимания на то, что нам говорилось в институте. Вы не поверите, мы сеем на глубину до 12-15 сантиметров. Туда, где есть влага. И делаем это на протяжении пяти лет. Пшеница, бедная, мучается, но лезет, образует мощную корневую систему. И башкир из Бобрового Гая Зариф Байсалямов, который по судьбе вроде должен скот пасти, получает отличные урожаи только потому, что наблюдает за природой, учится на своих ошибках. Так и мы.

Как только мы начали сеять стерневыми сеялками, стали получать большие урожаи, приобрели посевной комплекс за 8 миллионов.

 

Сергея Николаевича Голубева, генерального директора ООО «Пугачевская ДорПМК», ООО «Пугачевский каменный карьер», ООО «Любицкое»

«Скоба съехала»

– А что это за идея со строительством церкви? У вас же лицо убежденного, матерого атеиста! А тут я узнаю, что вы награждены медалью Покровской Епархии Русской православной Церкви «Покров Пресвятой Богородицы» I степени и медалью Покровской епархии «Покров Пресвятой Богородицы» II степени.

Сергея Николаевича Голубева, генерального директора ООО «Пугачевская ДорПМК», ООО «Пугачевский каменный карьер», ООО «Любицкое»– Вы понимаете, когда в селе церковь, село будет жить. Есть причина и личного плана: после трагической смерти сестры мама ударилась в религию, не пропускала ни одной службы. И потом, я же все-таки крещеный, моя бабушка была верующей. Отец, тот как я, – то верю, то не верю. Поначалу я даже креститься стеснялся. Сейчас в связи с возрастом посещаю на праздники основные службы, ставлю свечки, крещусь – ничего особенного в этом нет. А когда входишь в наш храм, наступает такая благодать, что и передать невозможно.

Однажды заехал ко мне в гости в Клинцовку один из наших знаменитых земляков по фамилии Агеев. И вдруг он говорит: «Здесь не хватает церкви». Он уехал, а у меня «скоба съехала», думаю: «А почему бы и нет?» Храм в честь праздника Покрова Пресвятой Богородицы мы построили за четыре года.

Проектировали сами. Из Епархии сбросили схему, какой церковь должна быть, а все остальное сделали, руководствуясь собственными соображениями. Заложили надежный фундамент, благо блоки мы сами льем. Кирпич тоже наш. Конечно, сейчас я бы сделал всё по-другому, но получилось как получилось.

Самое интересное не в этом: у нас дожди идут, а во всей округе сушь. Все четыре года со дня открытия храма урожаи получаем отменные, вопросов нет.

В православных газетах таких, как он, называют «основным ктитором», то есть главным жертвователем. Но мне очень трудно дать определение, что больше удалось Сергею Николаевичу Голубеву выразить в этом детище: талант строителя, свою щедрость или философское отношение к жизни. Одно могу сказать точно: здание получилось очень легким, светлым, воздушным. Ну и с инженерной точки зрения все

предусмотрено, вплоть до теплого пола. И еще очень важная вещь: о таких глупостях, как запечатлеть своё имя в истории, он и не думал. Хотя продолжает жить заботами храма, фактически содержит его, платит за свет и газ и относится к этой необходимости точно так же, как к возведению растворного узла. Просто там не нужно разбивать фруктовый сад, а у храма нужно.

Новое здание стоит на намоленном месте, где когда-то находилась деревянная церковь с каменным фундаментом, освященная еще в 1840 году в честь праздника Покрова Пресвятой Богородицы. В советское время колокольню и купола снесли, а в обезглавленном храме открыли Дом культуры. В начале 80-х годов здание вообще разобрали на стройматериалы. От прежнего храма к новому перешли только две старинные иконы, каким-то чудом сохранившиеся до наших дней.

ООО «Любицкое» в прошлом году оплатило мозаичную икону, которая встречает всех верующих, и сочетание святого лика с уходящей в небо колокольней… В общем, это надо видеть.

Недалеко от храма стоит фигура Ленина. Батюшка посмотрел и сказал: «А он нам не мешает».

Сергея Николаевича Голубева, генерального директора ООО «Пугачевская ДорПМК», ООО «Пугачевский каменный карьер», ООО «Любицкое»

 

Цель – это иллюзия. Главное – процесс

Время обеда. Мы сидим в столовой, которую за время правления Голубева уже переделали-перекроили по второму разу. Значение этого здания в жизни села тоже трудно переоценить, поскольку здесь не только кормят рабочих и выпекают хлеб, но и гуляют свадьбы. Или проводят тризны. Когда в селе умирает человек, поминки организуют за счет хозяйства, но денег с родственников оно не берет. Разве что те поблагодарят поваров, которые накрывают столы.

Раньше существовала традиция раз в неделю собирать в столовой ветеранов, чтобы они вкусней покушали да интересней общались. Но стариков с каждым годом становится все меньше и меньше, так и сошла традиция на нет.

Сергей Николаевич рассказывает, как по примеру соседа начал строить для своих механизаторов жилье, один дом поставил со всеми удобствами и разуверился в этом начинании, потому что в пугачевскую глубинку никто не едет. Никто! И зарплата хорошая, и техника новая, и условия создаются, какие хочешь, а людей нет.

Поблагодарив здешних поварих за вкусный обед, спешим назад. Сергей Николаевич даже не стал ждать, пока испекут свежего хлеба, который любят есть не только он с женой, но и внуки. Прощаемся у моста через маловодный Игриз, не сделав никаких для себя выводов.

 Все, что Бог ни дает, все к лучшему, – так получается. А в ушах звучат слова: «Надо что-то еще замутить».

26.10.2021Светлана ЛУКА  1771

Понравилась статья? Поделись:

Комментарии ()

    Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять комментарии.