Логотип газеты Крестьянский Двор

Агросоюзмаркет

TVS

Вот и сказочкам КОНЕЦ?

ГБУ «ИКС АПК Саратовской области», а, проще говоря, информационно-консультационная служба минсельхоза Саратовской области, которую отдали на откуп руководству Саратовского аграрного университета, на днях провела круглый стол под названием «Новое земледелие: проблемы и достижения». Из производственников - «вольнослушателей» в аудиторию им. Б.З.Дворкина пришли всего три (!) человека: менеджер ООО «РегионАгроСервис» Рустам Казанов, начальник управления сельского хозяйства Воскресенского района Сергей Янушко и фермер из Краснопартизанского района по фамилии Кулешов. Остальные собравшиеся – ученые из трёх аграрных институтов Саратова: НИИСХ Юго-Востока, Россорго и СГАУ, а также фермеры: Василий Кулагин и Алексей Бирюков из Балаковского района, Вячеслав Королёв из Петровского района, Андрей Кузнецов из Марксовского района и Владимир Ильинский, директор ООО «Агро-Альянс» из Вольского района.

По признанию директора ИКС Василия Бутырина, инициатором встречи стал Василий Кулагин, почти что революционер в области современных почвообрабатывающих технологий, обычный фермер, который лет через тридцать может стать классиком.

Мне же кажется, что «воду мутит» уроженец поселка Горный Краснопартизанского района нынешний москвич, вкладывающий в село Покурлей Вольского района немалые средства, Владимир Тимофеевич Ильинский. Для него очень важно превратить регион, где привыкли задавать вопросы, в регион, где умеют на них отвечать. Хочется ему, понимаешь, в жизни гармонии. А её нет. Говорят, что своих сотрудников он делит на работящих «кротов» и наблюдающих из-за плеча «сурков». Последние, сколько ни плати, лучше работать не станут. Мне же кажется, что по этому принципу можно разделить и учёных, среди них «сурков» не меньше.

Кстати говоря, очень позабавило, как факультет экономики и менеджмента после встречи отчитался на сайте СГАУ о проведённом мероприятии: перечисляя название докладов своих учёных, автор не посчитал нужным указать, кто же всё-таки раскрыл тему. Авось, какой-нибудь из студентов взял бы и запомнил фамилии людей, которые по-настоящему делают большое серьёзное дело. Ведь понятно, что наука в большинстве случаев следует за практикой, а не наоборот. Результат получается, когда идут нога в ногу.

Данных много не бывает

Пока же дело обстоит весьма скучным образом: в четвёртый раз на моей памяти ученые и производственники, занимающиеся внедрением нового земледелия, официально встречаются на площадке СГАУ (в прошлом году в работе принимали участие специалисты из «Евротехники»), но с места не стронулись. План НИОКР (научно-исследовательских и опытно-конструкторских разработок) ассоциации «Аграрное образование и наука» почему-то идёт своим путём, а наши фермеры своим, и нигде они не пересекаются. Правда, Василий Бутырин, который меньше полугода совмещает преподавание на кафедре «Организация производства и предпринимательство на предприятиях АПК» с руководством ИКС, пошёл навстречу производственникам, пригласил «команду Кулагина» к себе в гости и даже написал работу «Экономика новых технологий земледелия». Однако, в науке, как и везде, очень важна репутация. Имя, если говорить точнее. А среди собравшихся, как мне показалось, специалистов по данной тематике было немного. Юрий Фёдорович Курдюков, заслуженный агроном РФ, доктор наук, профессор НИИСХ Юго-Востока, из-за болезни отсутствовал, поэтому серьёзных оппонентов/единомышленников у наших «земледельцев» не нашлось.

Аудитория разделилась на четыре части: честно ничего не понимающие в этой теме, ничего не понимающие, но претендующие на роль исследователей, хоть что-то понимающие в этой теме и… жертвы непонимания. Никакого круглого стола не получилось: на доклады затратили полтора часа, обмен мнениями и опытом из-за нехватки времени был скомкан и перешёл в кулуары. За последовавшим чаепитием было сказано больше и точнее, чем на самой встрече. Закончился разговор традиционно: учёные пообещали вплотную заняться новым земледелием, как только им в учхозе «Степное» Энгельсского района создадут подходящие условия. Кулагин и иже с ним сделали вид, что поверили и прониклись оптимизмом.

Учёный секретарь ассоциации «Аграрное образование и наука» Виктор Нарушев, разумеется, профессор и, разумеется, доктор сельскохозяйственных наук, выступивший с докладом «Роль инноваций в развитии сельского хозяйства региона», а по сути с обзорным студенческим рефератом про «no-till и всё, всё, всё», попросил не судить их строго. «Не надо нас защищать, мы во многом виноваты. Опытов должно быть больше и воздействия науки должно быть больше». Чем вызвал ещё большее раздражение, потому что…

Да Бог с ними, с этими учеными, совестно от обычных преподавателей вуза требовать ещё и верности производству, поэтому продолжим уточнение, чему посвящались их доклады. Василий Бутырин, начав, по традиции, с 1913 года, когда, по его мнению, был сложившийся технологический уклад, посетовал, что сейчас его нет и посоветовал сосредоточиться не столько на поиске низкой себестоимости, сколько на выяснении оптимальной величины затрат, продемонстрировав на схемах две точки безубыточности производства. В конце выступления он вышел с вполне логичным призывом объединить технологию и экономику. Бутырину хочется весь имеющийся технологический опыт обобщить и формализовать, что пошло бы всем на пользу. Удастся ли?

Константин Денисов, «потомственный» профессор кафедры земледелия СГАУ, решил дать обзор «Развитие технологий обработки почв в Поволжье», для чего продемонстрировал ряд отечественных и даже саратовских почвообрабатывающих орудий, затем неудачно увлёкся темой полосовой (комбинированной) обработки почвы strip-till. За что и получил от фермеров по шее. Понимаю, что меня упрекнут в предвзятости, но слушать наших учёных временами было невыразимо скучно. В их выступлениях не хватало темперамента, а в исследовательских материалах – достоверности. Недаром Алексей Бирюков, услышав очередной пассаж Денисова, вынужден был, покрывшись от волнения красными пятнами, перебить его и потребовать делать выводы на основании не одного, а нескольких лет наблюдений. «Нам, как сельхозтоваропроизводителям, и вам, как исследователям, очень важно найти оптимальные точки в технологиях: классике, нулевке, минималке, стрип-тиле. Но нам также важно получать объективную информацию, набрать статистику, для этого вам следует работать теми инструментами, которые предназначены непосредственно для данной технологии».

Представитель академической науки, Бутырин попросил дослушать доклады, но аудитория устала от менторства и пошла вразнос: «Когда мы покупали первую нулевую сеялку, 95 процентов аудитории говорили, что в Саратовской области невозможно работать по нулевой технологии. И так же ссылались на СХИ, на проведённые опыты. Я уже тогда заинтересовался этим вопросом, потому что непонятно было, чем сеют, если ни одной специализированной сеялки в области не было. Непонятно, откуда тогда данные появлялись. И сейчас происходит примерно то же. Экспериментируем со стрип-тилом на непонятно откуда взявшейся сеялке. Мы с удовольствием хотели бы иметь у себя на руках объективную информацию по технологии, но в институтах часто считают: для того чтобы сделать диссертацию, результаты можно «подрулить». Мы все приехали из области к вам как в авторитетное учреждение для того, чтобы нам рассказали опытные специалисты про технологии. Если этого нет, тогда зачем сидеть? Как на базаре, семечки щёлкать?»

Денисов, повышая голос, пытался Бирюкову доказать, что техника не имеет значения, результаты будут примерно такими же и с другой сеялкой, но аудитория уже гудела как улей. Чувствовалось, что профессор «не догоняет» сути вопросов, которые задавал Алексей. А тот спрашивал про очень важные вещи: культуру-предшественника, её урожайность, растительные остатки, таблицу засорённости, количество органики и так далее.

И тогда встал «виновник» происходящего Владимир Ильинский, один из знакомых мне «последних государственников». «Давайте объективно оценивать, где находится Саратовская область по своим возможностям!– призвал он. – И сравним её с соседней Белоруссией. Не обидно за малую родину? Мы встречаемся в Вавиловском институте. На этой площади работали такие светила! Здесь была такая база! А мы сейчас спорим. О чём? Сейчас надо не спорить, а включиться в работу. Выяснять, что реально происходит на полях, почему у нас не получается так, как в Германии, где почвы донельзя супесчаные. Мы были в этом году в Тихорецке Краснодарского края – Кто-то говорит, что там благодаря климату и без технологии из яблони вырастает груша, это неправда. – 450 миллиметров осадков, однако руководитель и без нулёвки ожидал 75-80 центнеров с гектара. Послушайте, там абсолютно высокий уровень обработки, везде технологическая колея, везде в среднем 165 килограммов действующего вещества на гектар. Работают без кредитов. Вот чего нам с вами надо добиваться. Перед нами сидят два орла, – Ильинский показывает на Бирюкова и Кулагина,– которые жизнь кладут на изучение этих вопросов. Может быть, работая по классической технологии, они бы давно уже были магнатами, завалили бы Европу зерном. Но они экспериментаторы, а остальные все, как щенята слепые, тыркаются и ничего не могут понять.

Эта аудитория, на мой взгляд, сейчас должна быть набита до отказа. Возьмем 37 районов, с каждого в среднем по 10 успешных хозяйств, 370 человек сейчас должны сидеть в этом зале. Неужели они так хорошо всё знают про собственные технологии, чтобы ничем больше не интересоваться? Мы реально можем снабжать всю Россию продовольствием. Стыдно, имея столько пастбищ, сколько есть только в нашем Вольском районе, завозить говядину из Аргентины».

Василий Бутырин: «Давайте, наверное, не будем в рамках диалога давать какие-то оценки. У нас пока ещё, надо честно признать, нет объективного опыта. Константин Евгеньевич показал наш субъективный опыт. А настоящий объективный опыт получится только тогда, когда мы соберём множество субъективных опытов наших хозяйств, помножим на несколько лет, и тогда, может быть, получится хоть какая-то объективная картинка. Сейчас хотелось бы, чтобы каждый по возможности рассказал о свом опыте».

«У нас нет на сегодняшний день единого центра притяжения по внедрению новых технологий, и у каждого производственника, который идёт своим путём проб и ошибок, есть свои авторитеты».

Так для этого и собрались, чтобы центр создать.

 «Я уверен, я спокоен, я на другой планете»

Если бы Василий Бутырин провёл круглый стол по-другому, мы бы Василия Кулагина слушали уже на пятой минуте. А так, простите, профессура работала у фермеров «на разогреве».

Кулагин: Хозяйству десять лет, четыре года прошло с момента перехода на технологии No-till и три – по всей площади. Мы тоже начинали обрабатывать почву классическим способом, просто какую-то часть земли я не смог вовремя вспахать. Под воздействием «светил» из самарской «Евротехники» я начал использовать дискующие агрегаты, однако эту полосу в своей жизни благополучно проскочил. Попробовал глубокорыхление и сразу же отменил. И в одно время с Алексеем Бирюковым перешёл на «ноль». Считаю, тот, кто использует дискатор в соединении с «классикой» – убийца земли.

В первый год на «нуле» было 150 и потом сразу 3 тысячи гектаров. Потому что преимущества, которые мы увидели в первый год, были очевидны. Далее соревнование шло между мульчирующим севом и нулевым. Мульчирующий – это когда я оставлял стерню и сеял кукурузу по кукурузе дисковой бороной Catros (Катрос). Сразу дам ответ на вопрос по болезням. В тот год на мульчирующем севе я получил много пузырчатой головни, а в «нулевых» посевах было всё чисто. Кстати, пока у себя на полях я никаких болезней не вижу. Вредители и болезнетворные бактерии нападают на ослабленные организмы, то есть включается природный механизм. В общем, тогда получилась разница: 50 ц/га в мульчирующем севе и 60 ц/га в нулевом.

Первый вопрос, который я, начинающий земледелец-дилетант, задал своему отцу-агроному: «Папа, а зачем пашут»? А вы мне можете ответить на вопрос, зачем вы все пашете?!

Выкрики из зала: Чтобы бороться с многолетними сорняками!

Кулагин: Моё мнение – чтобы запасти влагу и упростить работу с растительными остатками. Что я увидел, когда сравнил минимальную обработку почвы и глубокорыхление? Глубокорыхление – самый выдающийся способ накопления влаги. Лучше ничего не придумаешь. Но при существующих энергозатратах и логистике (как можно 100 процентов площади быстро глубокорыхлить?) использовать его проблематично, поэтому я этот метод сразу отмёл. И начал задаваться вопросом: как сохранить влагу в метровом слое, не трогая его вообще.

Позанимавшись три года «нулем», могу с гордостью сказать: то, о чём говорится в этой аудитории, меня вообще не волнует. У меня почти на все вопросы есть ответы. Почти.

Если условия прямого посева создали определённую почву, то накопление влаги ежегодно происходит добавочно. Так при урожайности 45-50 ц/га кукуруза потребляет влагу на 80 сантиметров. Дальше остаётся влага, которая накопилась в предыдущий год. В позапрошлом острозасушливом году влага накопилась только на 60 сантиметров, и между нею и влагой предыдущих лет сформировался разрыв в 20 сантиметров. Я сам закладывал шурфы, ставил эксперименты, и наблюдал весной такую картину. Там, где была оставлена высокая стерня, способствующая снегозадержанию, соединение 20-сантиметровго слоя произошло, и опять урожайность кукурузы составила 50 ц/га. Там, где снег сдувался ветром, соединения не произошло, и в этих местах урожайность кукурузы упала до 25 ц/га. Отсюда я пришел к выводу: за счет невмешательства в жизнь почвы я решаю проблему накопления влаги.

В прошлом году я вывел для себя правило, которое назвал «Эффектом степи». В жизни мы имеем разные виды степей: оренбургские, воронежские, сальские, донские, алгайские и так далее. При прямом посеве мы можем создать любой вид степей, всё зависит от того, как мы работаем с растительными остатками. Если стоит кукуруза высотой 50 сантиметров, то снег не сдувается никогда. А если мы будем, как нам советуют учёные, разбрасывать солому на 10 сантиметров, то совершим страшную ошибку, не накопив влаги в метровом слое, а потом будем ругать нулевой посев. Чудес ведь не бывает.

Правило второе – «Круговорот воды». Меня губернатор однажды спросил, почему в алгайских прудах нет воды. А потому что мы нарушаем в степи естественные процессы. Мною проводились наблюдения. В классических полях в конце ноября перед заморозками имеется 30 сантиметровый слой грязи, а на моём поле – на 60 сантиметров. После наступления заморозков почва на моих полях начинает трескаться на глубину ладони, весной в трещины стекает вода, а в классических полях этот слой практически вымерзает. В «классике», выпахивая осенью влагу, мы её отправляем куда-то «в Караганду», зимой мы её вымораживаем, а потом удивляемся.

У меня с полей вода течёт в пруды. Куда там ещё впитывать? Всё встало на свои места.

Если посмотреть, сколько на моих полях прибавилось гумуса, то и тут можно заметить массу интересного. Классика подразумевает расщепление углеродной цепочки на углекислый газ и воду, а прямой посев определяет структуру гуминовых веществ. Вот вам ответ, откуда берется плодородие почвы.

Неверно говорить, что нулевая технология в первую очередь ресурсосберегающая. Я бы сказал так: это возможность увеличить себестоимость с получением гарантированного результата. А вы все говорите, что это снижение себестоимости. В прямом посеве себестоимость одного гектара у меня в разы выше, чем в классике. Но я имею возможность стабильно получать урожай.

Она мне позволит сделать очередной шаг: на базе ООО «ТВС-Агротехника», то есть Джон Дира, сделать МТС из новых тракторов и иметь полный комплект запасных частей. Потому что энергонасыщенность нулевой технологии в несколько раз выше, чем классика. Но только при таком варианте мы можем получить гарантированный результат.

Зампред правительства области Александр Александрович Соловьев считает: «Если Саратовскую область перевести на прямой посев, мы заткнём за пояс Краснодарский край. Кто это сделает раньше, тот и будет управлять рынком. Потому что логистика продвижения товара на север от нас проще. Маслоэкстракционные заводы тоже сконцентрированы у нас. Так что спокойно можем соревноваться с другими регионами.

Было посеяно 1300 гектаров кукурузы и 1700 гектаров подсолнечника. Результаты по влаге: от 30 до 150 мм за вегетацию. В поле стояла аппаратура и отмечала каждый выпавший дождь. Неожиданным фактом при уборке оказались… урожаи кукурузы в 70 ц/га там, где было 30 мм, и 70 там, где было 150мм. Я водил сына по полю и предупреждал: вот здесь будет самый низкий урожай. Почему? Потому что подсолнечник посеян по парам. Но получилось так, что он показал одинаковую урожайность по кукурузе 35 центнеров с гектара. Я уверен, я спокоен, я на другой планете. Я уверен, что в любых почвенно-климатических зонах можно применять нулевые технологии. Лучшее доказательство – моё хозяйство: суглинки, осадков 30 мм и урожайность подсолнечника 22 ц/га на круг.

Сорняков у меня тоже меньше, потому что они развиваются по природным, а не по «человечьим» правилам. Они (овсюги и щетинники) всходят лишь один раз. На первом году было огромное количество химии, но на четвертом году её в два-три раза меньше. Полностью она отсутствовать не может: стоить опоздать с обработкой на две-три недели, такое ощущение, что всё превращается в степь.

Вход в технологию происходит через пар с задачей выравнивания поля, никаких промежуточных операций делать не нужно. Я в прошлом году в мае всё выровнял, а потом делал только химические обработки (Всё, что всходило, «подсаживал» 1,5 литрами глифосата и 20 граммов гранстара). Третьего июля я посеял озимую рожь, и сейчас она у меня поднялась до небывалых размеров. Весной я эту рожь убиваю и сразу перехожу на кукурузу, сею несколько лет кукурузу по кукурузе с задачей накопить первичные остатки. Следующий затем подсолнечник по кукурузе ведёт себя просто идеально, по подсолнечнику сеется суданская трава, по суданской траве сеется рожь. Получается «семиполка» с использованием подсолнечника на седьмой год. Так что вход в технологию прост и логичен.

Суданская трава выступает ещё и как пастбищная культура в животноводстве, но это вообще отдельная тема.

Два слова про разуплотнение почвы. Всё происходит само собой, никакой редьки сеять не нужно. Вы никогда не видели плотной почвы после озимой культуры, просто посевы нужно продолжать содержать и дальше. Если вы хотя бы на год оставите голое поле, у вас пойдёт обратный эффект. Самый лучший разуплотнитель почвы – это бактерия. Роль анаэробной бактерии, я показывал, кто был у меня на полях. 35 миллиметров дождь, почва промачивалась на два пальца, а дальше вода стекала. Урожайность кукурузы 20ц/га. А рядом – 50 ц/га. Приезжал из «Биоцентра» профессор Харченко, просил показать своим клиентам из Нижнего Новгорода, как они убивают свою почву дискаторами. Показал.

Вопрос из зала: Сеялка «Берегиня» сейчас выпускается с различными междурядьями и различными видами сошников. На ваш взгляд, какая лучше?

Кулагин: Самый лучший вариант, на мой взгляд, это 25 сантиметров и с волнистым турборезаком впереди. В этом году я показывал рожь с междурядьем в 38 сантиметров. Почему так получилось? Деффектовка сеялки Джорджия (производство Аргентина. -Ред.) запаздывала, и я собрал все рабочие органы, какие только мог. Посеял в поле, которое было подготовлено как химический пар, что получится, посмотрим. При переходе на нулевку сеять вам надо как можно гуще.

Для меня рожь – некоммерческая культура, она для меня создаёт 40-сантиметровую высоту стерни, в которой сейчас 50 сантиметров снега, и обеспечивает мне доходность следующих культур. Под этим одеялом, скорее всего, земля не замёрзла. У меня есть фильм, снятый сыном 26 декабря прошлого года при температуре минус десять градусов. Мы прошли по всем полям, я прокапывал 10-сантиметровый слой снега, затем почву, и с лопаты падал не только снег, но и слой пыли. Через дорогу у соседа – стекло. Соседи из «Зерновика» получали по 12 центнеров с гектара подсолнечника, а у меня 19-21.

Поле, которое только что вошло в технологию, под 30-сантиметровым слоем снега было замерзшим. Поле, которое прошло 4-летнюю историю обработки, было незамерзшим, но земля была в виде грязи. Там, где сыпалось с лопаты и там, где была грязь – разница в истории. Поле, которое 17 лет было не пахано, оно ведёт себя по-другому, под снегом идёт движение воды вниз.

Вопрос из зала: Какие сеялки используете?

Кулагин: Giorgi D10, сеялку Amazone DMC Primiera 900, которая никакая не нулевая, но нужна в переходный период. По моему мнению, нулевые сеялки должны иметь только диски. Обязательно для пропашных культур нужно использовать резак, в моём варианте это Massey Ferguson (Массей Фергюсон), у Алексея другие сеялки. По моему мнению, пропашным культурам без разницы, какая сеялка, главное, чтобы она была тяжелой и с резаком. Сейчас ко мне в хозяйство придёт сеялка John Deere, а в принципе, я считаю, Кинза, Катерпиллар, Массей Фергюсон и Джон Дир – это одно и то же. Для меня главное – чтобы быстрей посеять, но не торопясь. Мои сеялки будут стоять и ждать, когда сеять. Разница в четыре дня даёт разницу в урожае в два раза.

Очень важен подбор гибридов, которые имеют хорошую энергию прорастания. Однозначно должна вестись борьба с проволочником.

Я считаю, что прямой посев – это способ образования альтернативной корневой системы. То есть при прямом посеве она ведёт себя так, что растение обречено на успех.

Гибриды мы сеем только импортные и только передовые, для подсолнечника это только Пионер, кукуруза может быть немецкой, выбрали КВС, рожь обычная, своя. Сильная, крупная, высокая.

Вопрос из зала: «Себестоимость выше в разы». А это сколько?

Кулагин: Себестоимость подсолнечника в нулевой технологии около восьми рублей за килограмм, в «классике» – от 5,5 до 6,0 за килограмм.

Вопрос из зала: Речь идёт о себестоимости или о затратах на один гектар?

Кулагин: Новые технологии требуют больших вложений на один гектар и не прощают ни одной ошибки. У меня-то идёт расчёт затрат на один гектар; вслед за ростом евро, а семена продаются только за евро, растут и затраты. Но солярка в этом гектаре вообще никак не лимитируется. Зато важны самые прогрессивные техника и семена. И тогда результат мы имеем и при отсутствии дождей, и при 30 мм, и при 70мм, и при 100 мм. Если балашовцы мне скажут, сколько они получают осадков, я их тут же спрошу, почему они до сих пор не перешли на «ноль».

Почему я выбрал эту технологию? Потому что передо мной встал тупик: либо вообще перестать заниматься этим делом, либо «ноль». Жестче чем у нас, климата нет. Дождеобразование Хвалынского треугольника (волжский полуостров вокруг села Николевка Балаковского района) происходит вне логики.

Когда мне в качестве основной причины нежелания уходить в «ноль» называют отсутствие осадков, я спрашиваю: «А у тебя был дождь, который прибивает пыль на дороге?» А у меня только такие дожди и бывают. У меня в прошлом году первый дождь прошёл 3 июля в 35 мм на 30 процентах площадей. А дальше одно сплошное ожидание. Не поверите, сейчас вообще перестал реагировать на погоду, потому что я в метровом слое имею 120 мм осадков.

У меня есть одно поле в 300 гектаров, которое находится ниже уровня Волги. Я с ним бьюсь десять лет, и только в этом году впервые получил урожайность от 25 до 60 ц/га. А разница была в 4 днях сева. То, что было позже посеяно, дало в два раза больше.

Вопрос из зала: Почему ваш опыт не получает должного распространения в нашей области?

Кулагин: Потому что мы сами неизвестно кто. Я учитель физкультуры, он – спортсмен и тренер, он и он – инженеры, имеющие отдалённое представление о сельском хозяйстве.

Вопрос из зала: Какие применяете химические препараты?

Кулагин: Используем очень интересное соединение Глифосата с Грансаром в объеме не больше двух литров на гектар. На кукурузе по вегетации Калисто, Базис, Мастер, Титул плюс. На подсолнечнике – система Дюпон.

Светлана ЛУКА
Фото Сергея Пестрякова

06.03.2014г.Светлана ЛУКА  156

Поделиться статьей в соц.сетях:

Комментарии (0)

    Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять комментарии.

    Новые записи
    Моя корова Владислав Ρунцев  28 мая 2015, 13:27

    Животноводство
    Чем кормить кроликов зимой? Владислав Ρунцев  28 мая 2015, 13:26

    Животноводство
    Последние комментарии
    Ручная дойка Количество комментариев статьи: 1
    Лучшие на ферме Количество комментариев статьи: 1