Логотип газеты Крестьянский Двор

Агросоюзмаркет

TVS

«Тайная вечеря». Часть 2

«No-till– это не просто новая система земледелия, призванная заменить традиционные и модернизированные системы землепользования. Это принципиально новая философия землепользования ХХI века, это совершенно новый подход к почве как ресурсу дальнейшего существования человечества».
Евгений Васильевич КОЖЕМЯКИН

Часть вторая: Кузнецов

Напомним, 15 марта благодаря гостеприимству Андрея Владимировича Кузнецова из села Зоркино Марксовского района, мы стали участниками уникальной встречи саратовских фермеров, которые хотят досконально разобраться, что же такое No-till. Хозяин «тусовки» на своих полях по-настоящему начал внедрять эту технологию лишь два года назад. Но и до этого несколько лет «издевался» над собой и окружающими, едва не разорился, но не сдался.

Суть выступления Андрея Владимировича, по его же собственным словам, – это честный анализ совершенных ошибок и преодоленных проблем, возникших на переходном этапе.

Вначале обозначим главные трудности. Это разработка собственного севооборота, подходящего для конкретных почвенно-климатических условий, поиск путей сохранения влаги в начальный период внедрения новой системы земледелия, борьба с переуплотнением почвы, контроль сорняков, подбор подходящей техники, правильная работа со средствами защиты растений, управление болезнями и вредителями, а также равномерное распределение пожнивных остатков. При этом должна быть максимальная насыщенность бобовыми культурами. Этого можно достичь внедрением в севооборот бинарных культур и коктейлей покровных культур.

Первой своей глобальной ошибкой выступающий считает неправильный подход к вовлечению земли в новую систему земледелия. «Начинал «кусками», – объясняет марксовский фермер. – В голове одновременно приходилось держать мысли о поддержании полей с классикой и планы по «обнулению» отдельных участков. Получалась абсолютная каша! Я считаю: если руководитель решил работать по этой технологии, то надо «махнуть шашкой» и заходить сразу». При этом надо перебороть свои страхи. И, конечно же, хозяйство должно иметь определенный запас прочности, чтобы пройти через «перелом» с наименьшими потерями.

Следующим серьезным экзаменом стал севооборот. Наш «пионер» предпочел следующую последовательность: озимые пшеница или рожь, кукуруза или сорго, подсолнечник, яровые зерновые (пшеница, ячмень, овес), лен или нут/горох, сидерат.

Принцип был взят из работ доктора сельскохозяйственных наук профессора Виктора Корнеевича Дридигера, заместителя директора Ставропольский НИИСХ Россельхозакадемии, заведующего отделом семеноводства. Его Кузнецов, как и журналисты газеты «Крестьянский двор», недавно слушал в Ростове, на Зимней конференции ассоциации сторонников прямого посева.

По его же рекомендациям формирование севооборота начал справа налево (табл. 1). В чередовании мочковатой и стержневой корневых систем, а также типов листовых систем получилось некоторое нарушение. Но главное в переходном этапе, по мнению Андрея Кузнецова, постарались соблюсти. Речь идет о правильном «заполнении» крайнего правого столбца, то есть последовательности двух культур холодного и теплого периодов. Поэтому по закону Рэнди Андерсона (это взято из американской литературы), наиболее важно соблюдение в 5-й колонке принципа чередования 2-х культур теплого периода и 2-х культур холодного периода (табл. 2).

По данным американских исследований, после восьми лет применения такого севооборота количество сорняков уменьшается в шесть (!) раз. А при заходе в «ноль» главная проблема – это многолетние сорняки. Её решение может сильно облегчить дальнейшую работу.

С шестым полем определенности пока нет. Есть мысли о применении сидератов.

Из всех названных культур неплохие результаты показывают только подсолнечник и сорго. «Не люблю хвалиться, – рассказывает марксовский фермер. – Но одно из немногих полей, где хорошо получилось – это поле с сорго». Посеянное с междурядьями семьдесят сантиметров, в 2016 году оно дало сорок центнеров с гектара. Но культуру из севооборота постепенно убирают из-за отсутствия рынка сбыта. Раньше хозяйство работало с Лениногорской птицефабрикой из Республики Татарстан. В этом году из-за введенного карантина по африканской чуме свиней за пределы региона сорго вывезти было проблематично. Успели отгрузить пятьсот тонн, еще триста лежат на складе. А внутри области, по признанию большинства участников дискуссии, подобный фураж сбыть практически невозможно.

Плохо переносит переходный этап озимая пшеница. Урожайность не больше семнадцати центнеров с гектара. И это в год, когда соседи получали все тридцать. Эта культура перестала быть коммерческой и присутствует в севообороте только как источник растительных остатков.

Для повышения уровня знаний Кузнецов проштудировал труды Николая Андреевича Зеленского, профессора Донского аграрного университета. По мнению фермера, благодаря подобным теоретическим источникам уже можно получить какую-то базу. Это особенно актуально для тех, кто не имеет профильного образования. Но, в целом, работы краснодарских и ростовских ученых более чем на семьдесят процентов применимы лишь к конкретным южным условиям. Саратовские аграрии по-прежнему продолжают блуждать в потёмках.

И наша, саратовская, наука – пишем специально для заместителя председателя правительства А.А. Соловьева, курирующего АПК, – им не помощник.

В связи с этим невольно возникает вопрос: тогда наши ученые в «классике» спецы?

Второй элемент No-till – отсутствие механической обработки. Для чего мы пашем? Первое – это борьба с сорняками. Но человек использует плуг 250-300 лет. И за это время количество сорняков не уменьшается. Значит, здесь что-то не так? Второе – качественная заделка семян в почву. Но современная техника позволяет это делать, не нарушая структуры почвенного покрова. Третье – вспашкой решается проблема переуплотнения почвы. Но природа за миллионы лет эволюции за нас давно решила эту проблему: лучший разуплотнитель – это стержневые корни растений.

Настоящей «набитой шишкой» для сельхозпредприятия оказалось дискование. Полностью подтверждая слова Василия Кулагина, Кузнецов заявил: «Дискаторы – это зло невероятное!» Из-за того что «нулём» заходили не сразу, на некоторые поля загнали тяжелую дисковую борону Catros (При упоминании этого сельхозорудия опытные «ноутильщики» кривятся, как от зубной боли – Ред.). Цель – «подисковать пару лет», сэкономив тем самым на почвообработке, и выровнять поля. В итоге, по словам говорящего, земля стала «блином». Мало того что от «классики» в наследство осталась плужная подошва, так еще и переуплотнился верхний слой. С такого поля влага стекает как с асфальта. В первую очередь это бьет по озимым, которые являются основным источником растительных остатков для биомассы на переходном этапе. А без накопления мульчи запуск новой технологии можно считать проваленным.

Тут в разговор вмешался Василий Кулагин. Он еще раз высказался по поводу правильного «захода» новой системой на поля. По его мнению, на предварительно подготовленном поле надо сеять суданку. И никаких паров в первый год!

Третий необходимый элемент – это прямой посев, который может осуществляться только при наличии современной сеялки.

«Вот все спрашивают, как зайти в No-till, – рассказывает Кузнецов. – Очень просто. Купи сеялку.

Вот и я купил». Речь идет об украинском агрегате «Агро-Союз», скопированном с американской монодисковой «Джорджии», предназначенном исключительно для «нуля». Доставили ценный груз (обошлась сеялка в девять миллионов рублей) в хозяйство осенью. Озимые сеяли в подсушенную почву. Нареканий не было. Весна же показала, что малейшее переувлажнение земли приводит к остановке. Чистить дисковые сошники каждые два часа – занятие неблагодарное, поэтому детище украинского копипаста (от английского copy&paste) «встало памятником». Такой же «монумент» есть и в хозяйстве Мусаиба Тагировича Агаларова из Чернавки Ивантеевского района, еще одного «неофита-нулёвщика».

Причем, эти же сеялки, приобретенные несколькими годами ранее, подобных нареканий не вызывают. Наприменр, Андрей Александрович Гузев, глава КФХ Духовницкого района, очень хорошо отзывается о работе данного агрегата. По одной из версий, причина кроется в оригинальных аргентинских сошниках, которые устанавливались на первые партии посевных комплексов. В дальнейшем, вероятно, их доукомплектовали деталями, произведенными на украинском предприятии.

Отсутствие нормальной пропашной сеялки на первых порах пытались компенсировать «танцами с бубном» над зерновыми агрегатами. Рисовались сложнейшие схемы для настройки нормы высева.

Сейчас подсолнечник и кукуруза целиком и полностью отданы сеялке MONOSEM с междурядьем семьдесят сантиметров. Тут тоже была допущена ошибка. Приобрели не широкорядный агрегат, как неоднократно советовали балаковские «корифеи».

Кроме того, впоследствии выяснился еще один минус конструкции. Колтер (разрезной диск) расположен на самом сошнике, а не на раме, как в бразильских и аргентинских вариантах. Он зачастую не прорезает стерню должным образом.

«Венец инженерной мысли» конструкторского бюро КФХ «Анто» – это переделанная под прямой посев «Омичка». Три года она стояла металлоломом, но затем подверглась кардинальному апгрейду. Рабочие органы были демонтированы. Их место заняли анкеры параллелограмного (с возможностью копирования рельефа) действия, произведенные в Барнауле. В прошлом году одной секцией попробовали посеять тридцать гектаров озимой пшеницы (сто килограммов на гектар) с междурядьем тридцать пять сантиметров. Тут же возникла проблема с загребанием растительных остатков. Междурядья забивались. В попытке решить эту проблему сошники были перенесены немного назад. Появилась другая напасть: семена плохо проходят по семяпроводу. Поэтому бункер будет приподнят на двадцать сантиметров. Кроме того, для уменьшения набивания стерни на сеялку будут установлены колтеры, произведенные на том же заводе, что и анкеры.

В зале тут же разгорелась дискуссия о целесообразности колтера для сева зерновых, когда почва еще недостаточно просохла.

Марксовский «Кулибин» в ответ заметил, что подобные ухищрения обусловлены исключительно бедностью и попытками хоть как-то избежать набивания стерни. Кроме того, Кузнецов признает, что эффективность работы колтеров будет не очень высокой, так как массы сеялки недостаточно для прикладывания нужного усилия.

Василий Петрович Кулагин предложил радикальный путь: найти умельцев, чтобы те скопировали посевной комплекс Bourgault. По его словам, уже есть сварщик, который сможет скопировать анкер «француза».

В итоге Андрей Владимирович заявил, что спорить по поводу сошников можно бесконечно, но одно он знает точно: монодиск (как на сеялке «Агро-Союз») покупать ни в коем случае не надо.

Заметим, одновременно с подбором посевных комплексов в хозяйстве поставили мехток и зерносушилку под поздние технические культуры, из-за того что сроки сева сдвигаются.

Самый «свежий» вопрос – это применение сидератов. В 2016 году попробовали сеять смесь из горчицы, сафлора и озимой ржи. На самом деле в бункер засыпали складские остатки. Ошиблись в дозировке ржи (восемьдесят килограммов на гектар) –она слишком раскустилась. На сидератном поле планировалось после глифосатной хим. обработки посеять кукурузу. Но, возможно, отрастающая рожь останется основной культурой.

Трудности с подобным агроприёмом возникали и у духовницкого фермера Юрия Алексеевича Клепикова. Пять лет опытов далирезультат только в прошлом году, когда наконец-таки получились покровные культуры с хорошей биомассой.

«Я прихожу к мнению, – размышляет Кузнецов, – что в наших условиях надо ввести шестое сидератное поле. Опыты показывают, что оставленная в зиму суданская трава – это замечательный вариант для накопления биомассы. Но пока это лишь мысли вслух».

Четвертый элемент No-till – равномерное распределение пожнивных остатков. Комбайны, которые не оборудованы очёсывающими жатками, оборудуются разбрасывателями соломы. Измельчать не рекомендуется.

Пятое. В период перехода к технологии No-till необходимо внесение повышенных доз азотных удобрений. Мы сейчас используем КАС. Так, при расчёте дозы подкормки до 70 литров КАСа относим как к необходимому количеству для разложения пожнивных остатков. Поскольку именно этот объём удобрения съёдает почвенная биота в процессе переваривания соломы.

Крайний элемент – это управление болезнями и вредителями, правильная организация работы со средствами защиты растений.

– Я на своем опыте убедился: когда начинаешь экономить, все становится только хуже. Тем более, если нет опыта работы. Это действительно высший пилотаж – составлять правильные баковые смеси. А когда не владеешь навыком…

Пытаясь подгадать выход из шила одного сорняка, можно упустить другой. В итоге вместо полутора литров глифосата приходится использовать все три. В целом, с этим препаратом лучше перестраховаться. Если нет стопроцентной уверенности в эффективности конкретной дозировки, лучше ее увеличить.

В итоге марксовский фермер на собственном опыте пришел к схеме, по которой уже давно работают Василий Кулагин и его земляк Алексей Бирюков, то есть к многократным обработкам по полтора-два литра глифосата на гектар. Избегая, в идеале, внесения «лошадиных» доз химии.

Правильная работа гербицидами, по признанию Кузнецова, – самое больное место для его предприятия. В традиционной технологии хим. обработки присутствовали, но не в таком объеме. Ситуация осложняется тем, что в парке машин КФХ «Анто» опрыскиватели представлены единственным прицепным агрегатом от Amazone с размахом штанги двадцать четыре метра. За две весенних обработки (самый минимум от рекомендуемой схемы борьбы с сорняками) машине необходимо охватить без малого семь тысяч гектаров. Задача невыполнимая.

Проблему пытались решить наймом сторонних компаний, специализирующихся на внесении средств защиты растений. Но опыт показал, что большая текучка кадров в подобных «конторах» приводит к резкому снижению качества работы. Дело не ограничилось отдельными выпадами на необработанных участках. В одну из обработок наёмные «специалисты» перепутали канистры и «шарахнули» Дикамбой сто гектаров подсолнечника. Поле было уничтожено.

Пробовал Андрей Владимирович работать с совсем тонкими материями: по подсолнечнику в фазе шила. Закончилась история плачевно: «знающие» люди посоветовали во время послепосевной обработки в глифосат добавить немного эфира 2,4-Д. Гормональный препарат сработал как надо. Получившийся почвенный экран скрутил листья всходящей семечки.

Огромное количество раз допускался недолив глифосата. Малая доза препарата оказывала временный эффект, после которого сорняки росли пуще прежнего.

Еще один немаловажный этап химизации агропроизводства в конкретном хозяйстве – это протравливание. За исключением льна все семена обрабатываются инсектицидным препаратом Круйзер.

Это серьезно «утяжеляет» себестоимость. Но после опыта с пересевом подсолнечника, уничтоженного проволочником, сомнений в необходимости подобной операции не осталось. На такие затраты приходится идти, так как этап переходный, и почвенная биота еще не работает должным образом.

Не на всех полях получается запланированный результат. Есть неудачи. Есть крупные неудачи. Но наш герой считает: не страшно совершить ошибку, а страшно, когда не сделан системный анализ, почему это произошло.

Записал Иван ГОЛОВАНОВ

Читать часть 1

 

Понравилась статья? Поделись:

Комментарии (0)

    Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять комментарии.